Что

Третьего марта в Израиле прошёл, наверное, самый масштабный протест с лета 2011 года: на улицы Тель-Авива вышли около семи тысяч людей. В районе четырёх часов дня протестующим удалось практически моментально перекрыть основные автомагистрали Тель-Авива, чему способствовала тактика, которая не оставила полиции шанса как-то проконтролировать протест: разбившись на мелкие группы, демонстранты заблокировали ключевые транспортные перекрёстки на востоке города, таким образом парализовав свободное движение в центре страны на несколько часов. Самым большим успехом шествия можно назвать перекрытие в двух направлениях главной транспортной артерии города, шоссе Аялон. После того, как демонстрантам удалось прорвать милицейский кордон, они беспрепятственно проследовали маршем по Аялону, по пути вбирая в себя всё новых участников, так что колонна разрослась уже до нескольких тысяч.

Ближе к девяти часам вечера различные группы протестующих стали стихийно стягиваться к мэрии города и примыкающей к ней площади Рабина. Чуть позже была предпринята неудачная попытка взять мэрию штурмом, после которой демонстранты сполна ощутили на себе то, против чего они, собственно, и выступали. Для разгона демонстрации полиция применила конные силы, а также слезоточивый газ, шумовые гранаты, водомёт и губковые пули. В результате пострадали десятки человек и полицейских, а сорок протестующих были задержаны. На данный момент все задержанные уже на свободе.

Пусть бунт в Тель-Авиве пока что и можно считать кульминацией в борьбе выходцев из Эфиопии против полицейского насилия и дискриминации, но сама эта борьба ещё далёка от завершения. Начавшись тремя днями ранее в Иерусалиме, всю прошлую неделю волны протеста были слышны в более мелких городах, как-то Ашдод  и Беэр Шева.

Кто

Организаторами и основным активом протеста являются выходцы из Эфиопии. Большинство из них прибыли в Израиль в 1970-90-х годах, а на сегодняшний день их численность достигает порядка 130 тысяч. Несмотря на признание государством принадлежности эфиопской общины к «народу Израиля» и предоставления им гражданства, выходцы из Эфиопии, как и остальные этнические группы, не смогли избежать печальной участи встраивания в израильскую этно-социальную иерархию. Наверху иудеи-ашкенказы (выходцы из Европы), ниже иудеи из арабских стран, а еще ниже  иммигранты из стран бывшего СССР — примерно такова лестница социального и экономического капитала, плотно привязанная к периоду репатриации в Израиль. С выходцами из Эфиопии всё ещё хуже: порядка 50% из них живут за чертой бедности, их представительство в государственных и академических кругах несущественно, процент эфиопских школьников, готовых к поступлению в университет после сдачи экзамена на аттестат зрелости, в два раза ниже (26,5 против 52%), чем в остальном «еврейском секторе», а 30% подростков, находящихся в тюрьме, являются эфиопами (что, правда, в любом случае меньше, чем в палестинском секторе). Однако сами по себе прошедшие демонстрации не поднимали социальные вопросы, а были сосредоточены на расизме и полицейском насилии, которое община испытывает на себе. Катализатором протеста стало опубликованное неделей ранее видео, на котором запечатлена стычка эфиопского солдата с полицией. А также до сих пор не расследованные обстоятельства смерти Йосефа Сальмсы год назад, в которой подозревается полиция.

Последствия

Напомню, что речь идёт о событиях прошедшей недели, и волна протестов ещё не завершена: 7 мая 300 человек прошли маршем по Ашкелону и Беэр Шеве, за день до этого массовые пикеты можно было наблюдать в высших учебных заведениях по всей стране, а вечером девятого мая демонстранты перекрыли несколько главных улиц в городе Ришон-ле-Цион. Да и организаторы открыто заявляют, что только готовятся к новым акциям, а значит, подводить долгосрочные итоги пока рано. Однако уже можно сделать обзор промежуточных результатов.

На следующий день после Тель-Авивского бунта премьер-министр страны Биньямин Нетаньяху провёл встречу с представителями эфиопской общины и солдатом из вышеупомянутого видео, не забыв заверить, что все проблемы вскоре будут решены. Также 7 числа прошла встреча представителей общины с полицией, на которой, впрочем, не были достигнуты какие-либо результаты (на данный момент требования включают в себя пересмотр многочисленных дел, открытых на представителей общины). После этого было заявлено о продолжении протеста.

Тем временем, на утро четвертого мая крупная Израильская пресса, по всей видимости, желая подтвердить заявление демонстрантов о расизме в обществе, усиленно обвиняла в беспорядках «провокаторов»-арабов и «белых анархистов», тем самым отказывая эфиопам в праве на самостоятельные радикальные действия.

Однако нельзя отрицать, что проблемы, поднятые эфиопской общиной, получили отклик в обществе: следствием демонстраций является как расширение контекста, так и вовлечение в него новых групп. В прессе наконец заговорили о дискриминации и бедственном социальном положении в диаспоре. И если после первой демонстрации в Иерусалиме, состоящей практически целиком из представителей общины, пресса спрашивала: «Где же левые?», то уже в Тель-Авиве процентов десять (исключительно по моим прикидкам) были те самые «левые»; также присутствовали представители части националистских групп. Да и вышеупомянутые протесты в ВУЗах тоже свидетельствуют о том, что в борьбе с расизмом у эфиопов хватает союзников.

Израильское общество, сплочённое националистическим нарративом о первостепенности принадлежности к «еврейскому народу» перед любым классовым делением, на поверку оказывается крайне стратифицированным, при чём по тому же этническому признаку. И если правительство не разыграет очередную карту с внешней угрозой, у нас есть все шансы увидеть пробуждение дискриминируемых слоёв общества, осознавших, что «некоторые евреи ровнее». Их реакция сможет стать для элиты такой же неожиданностью, как воскресные беспорядки в Тель-Авиве после вроде бы мирной шестичасовой демонстрации.

Якщо ви помітили помилку, виділіть її і натисніть Ctrl+Enter.