16 апреля 2015 года возле своего дома в Киеве был убит Олесь Бузина — скандальный писатель и журналист. Эти события вызвали бурную реакцию в украинской, российской и — что является наиболее важным — западной прессе, а для власти стали настоящим вызовом: сможет ли она найти виновных? Уже 18 июня министр внутренних дел, Арсен Аваков, в своем Фейсбуке отрапортовал: подозреваемые задержаны. Ими оказались Андрей Медведько и Денис Полищук — ультраправые активисты и участники АТО. Общество, в свою очередь, разделилось на тех, кто защищает «патриотов», «героев» и «защитников родины», и тех, кто склонен верить следователям и ждать результатов судебного разбирательства. Кем являются подозреваемые? Какие последствия будет иметь это дело для ультраправых организаций и власти? Чего в целом ждать от этого дела? Мы расспросили об этом исследователей ультраправых движений: Анну Гриценко и Вячеслава Лихачева.

Вячеслав ЛихачевВячеслав Лихачев, исследователь ультраправых движений, руководитель Группы мониторинга прав национальных меньшинств

Как известно, по подозрению в убийстве известного своими эпатажными (по оценке многих — антиукраинскими) текстами публициста Олеся Бузины задержаны два ультраправых активиста — Денис Полищук и Андрей Медведько (первый уже отпущен под залог, второй по решению суда арестован). Кроме того, министр внутренних дел Арсен Аваков утверждал, что задержан третий подозреваемый. Его имя неизвестно. Согласно информации, размещенной на ультраправых ресурсах, по обвинению в соучастии в преступлении правоохранительные органы хотели задержать еще одного известного национал-радикального деятеля — лидера молодежной неформальной группировки «Сiч» (или «С14») и активиста Всеукраинского объединения «Свобода» Евгения Карася, однако тот, по его собственным словам, находится в зоне АТО и рассуждает, «рискнут ли» милиционеры его оттуда «выкрасть». Имел ли Арсен Аваков в виду именно его, заявляя о третьем подозреваемом — точно сказать сложно, однако пока, насколько известно, Карась не задержан.

Оба задержанных – члены национал-радикальных организаций «со стажем», оба принимали  участие в Революции достоинства и проходили службу в АТО.

Андрей Медведько — один из ключевых активистов «С14» и, соответственно, один из неформальных лидеров молодежи, ориентирующейся на «Свободу». В Киеве «С14» практически выполняла функции молодежной организации этой партии, однако, надо сказать, идеология группировки более радикальная. Медведько не стеснялся «зиговать» на камеру. До Майдана он принимал участие во многих акциях группировки, в том числе связанных с противоправными действиями (в первую очередь — в контексте «антизастроечных» протестов), а также организовывал подростковые футбольные турниры, основной целью которых была пропаганда здорового образа жизни и идеологии группировки в молодежной среде. Неудачно попытался принять участие в киевских выборах весной 2014 года, баллотировался по мажоритарному округу от партии «Свобода». Служил а АТО в батальоне МВД «Киев-2» (в котором состоят и некоторые другие лидеры и активисты «С14», включая Евгения Карася), но незадолго до ареста уволился.

Денс Полищук — член Украинской национальной ассамблеи. В начале прошлого года эта старейшая национал-радикальная украинская партия стала официальной основной для реогранизации «Правого сектора» в политическую партию, однако к концу года часть старых активистов разочаровались в альянсе и приняли решение о воссоздании УНА как самостоятельной партии. Еще в 2012 году Денис Полищук баллотировался в списке этой партии на выборах в Верховную раду. Он участвовал в АТО в батальоне разведки, в котором служат и другие члены УНА, командовал взводом.

Насколько можно судить по обнародованной информации, у правоохранительных органов достаточно серьезные основания для подозрения в отношении двух задержанных радикалов. Неофициально известно, что непосредственным убийцей следствие считает Андрея Медведько.

У многих наблюдателей вызывает недоумение, скажем так, своеобразная манера Арсена Авакова уверенно заявлять о «раскрытии преступления» и аресте убийц. Мне трудно судить, насколько в украинском обществе сильно недоверие к правоохранительным органам в этом контексте. Одиозность личности убитого, с одной стороны, и факт участия в АТО подозреваемых, с другой, формируют у части общества сочувственное отношение к последним. Заступничество ряда народных депутатов, шумная кампания в поддержку задержанных, наверное, влияют на какую-то аудиторию — впрочем, наверное, только на ту, которая априори эмоционально готова оправдать даже бесспорных убийц, если речь идет об убийцах Бузины. То есть мне кажется, что часто за сентенциями типа «нет никаких убедительных доказательств» и тому подобное кроется скорее одобрение поступка, в котором подозреваются задержанные, чем искреннее убеждение в их невиновности.

В целом у меня складывается впечатление, что СМИ более-менее адекватно освещают события, связанные с задержанием подозреваемых и заседанием суда по мере пресечения (так, в большинстве материалов упоминается участие арестованных в праворадикальных организациях). Заметным исключением является разве что статья в «Украинской правде», написанная праворадикальной активистской, участницей «С14» Ольгой Худецкой (известной также как «Йоко»).

Мне кажется, что в последнее время ультраправые оттолкнули от себя некоторую часть сочувствующих, которые ошибочно решили, что национал-радикальная идеология — это только хорошая мотивация для защиты Украины от российской агрессии. Даже если оставить в стороне убийство Бузины (которое все-таки «нормальное» большинство, при всей нелюбви к покойному, отнюдь не одобряет), можно вспомнить негативную реакцию на нападение экстремистов на правозащитную акцию, широко (хоть и ошибочно) известную как «гей-парад». Менее известна апология харьковских нападений на иностранных студентов, распространяющаяся на праворадикальных ресурсах, однако людей, отслеживающих ситуацию, даже умеренно симпатизировавших националистам, это тоже оттолкнуло. Анонсированная нелепая акция «Правого сектора» с антисемитским подтекстом в честь выдуманной даты «годовщины» победы князя Святослава над Хазарией, как мне кажется, у среднестатистического политизированного наблюдателя тоже вызывает скорее брезгливое недоумение.

Я не думаю, что ультраправые сейчас готовы к масштабной и открытой конфронтации с правоохранительными органами и лично Аваковым. Общество их в этом не поддержит, а самостоятельной силы (несмотря на наличие оружия у участвующих в АТО) для сколько-нибудь эффективного противостояния у них нет. В качестве аналогии я могу вспомнить «клинч», в который сразу после революции вошел «Правый сектор» с МВД. Стрельба в центре Киева, реакция на убийство при задержании Музычко, неадекватные заявления сильно ударили по популярности «Правого сектора» как политического проекта. Мне кажется, в значительной степени эти скандалы не позволили Дмитрию Ярошу конвертировать в политическую поддержку известность и популярность, заработанные брендом «Правый сектор» на Майдане. А в случае открытого противостояния с МВД у «Правого сектора» совершенно очевидно не было ни шанса. Мне кажется, что наиболее адекватные ультраправые, еще рассчитывающие на политическую деятельность (например, в перспективе местных выборов), этот урок могли усвоить. Конечно, рассчитывать на адекватность экстремистов сложно. Наверняка кто-то попытается «взбрыкнуть». Однако мне кажется, что от решившихся на открытую конфронтацию с властью могут отказаться даже ситуативные союзники. Политически активная часть общества в целом отлично понимает, что антиправительственные выступления, тем более с противоправной составляющей, выгодны сегодня только Кремлю. Те, кто выступит сейчас против правоохранительных органов, ошибочно поставив на недовольство  населения властью, проиграют, и рискнут уйти если не на нары, то в глубокий политический маргинес.

Анна ГриценкоАнна Гриценко — социологиня, исследовательница ультраправых движений

Денис Полищук принимал участие в выборах в ВР 2012 года по списку праворадикальной партии Украинская национальная асамблея. Андрей Медведько — член милитарной молодежной формации С14, курируемой партией «Свобода», организатор «Кубка молодого футбола только для белых детей». С14, кроме того — одна из организаций, подписавших заявление о недопустимости проведения в Киеве Марша равенства, и в ней состоит один из семи подозреваемых в нападении на марш. Также она известна конфликтами с левым движением.

Достоверно известно, что Полищук и Медведько друг с другом знакомы. О третьем задержанном мы знаем, что подозрения в его адрес не подтвердились и он отпущен. Лидер С14 Евгений Карась сообщает, что милиция также хотела задержать и его, но безуспешно.

Украинские СМИ освещают задержание и начало судебного процесса над подозреваемыми достаточно скупо, так что составить мнение о происходящем довольно сложно. С одной стороны, практически во всех материалах на тему цитируются высказывания подозреваемых о том, что в ходе процесса нарушаются их права. С другой стороны, в государстве с сильными традициями полицейского беспредела нет оснований считать, что само по себе нарушение прав подозреваемых как-либо указывает на их невиновность. Уверена, что таким сложным и резонансным судебным процессам особенно нужен тщательный контроль со стороны независимых СМИ и омбудсмена.

Что же касается позиции ультраправых, то аргумент о том, что спустя два дня после убийства из-под Фейсбук-аккаунта подозреваемого появился комментарий о том, что тот находится в Счастье, конечно же, не выдерживает никакой критики.

Известны случаи, когда волонтеры, работающие с ДУК ПС, отказались от дальнейшей поддержки этого подразделения в связи с отношением ПС к Маршу равенства. Все чаще слышна риторика, что, мол, нам не нужны «духовные скрепы», аналогичные российским.

О явном же конфликте власти с ультраправыми говорить вряд ли возможно именно в контексте существования военных подразделений, явным образом исповедующих правую идеологию — а это не только «Азов», но и ОУН, а также подразделение «Святая Мария», которое связывают с Дмитрием Корчинским. Несмотря на свою одиозность, за редкими исключениями эти правые формации ведут себя в рамках действующего законодательства и, соответственно, не преследуются. Основные действующие лица конфликтов в последнее время — Правый сектор (и его материнская организация «Тризуб имени Степана Бандеры») и упомянутая выше С14.

Якщо ви помітили помилку, виділіть її і натисніть Ctrl+Enter.