Скандал вокруг фильма режиссёра Алексея Учителя о романе русского императора Александра II и балерины Матильды Кшесинской разгорелся еще задолго до премьеры. Фильм, изображающий супружескую измену царя — святого русской православной церкви, привел к многочисленным массовым протестам среди верующих, лицом которых стала бывшая прокурорка Крыма, а ныне депутатка Государственной Думы РФ Наталья Поклонская. Пользуясь привычным покровительством властей, протесты против фильма переросли в целое протестное движение радикального христианства, представленное такими группами как «Сорок сороков» или «Христианское государство» и претендующее на пересмотр баланса сил в государстве. К осени 2017 года, когда участники движения перешли от угроз к реальному насилию (поджоги кинотеатров, киностудии и даже полноценный теракт в Екатеринбурге), ни власть, ни руководство РПЦ оказались просто не готовыми к такому развитию событий.

Публичная критика Поклонской и ее движения со стороны министра культуры Владимира Мединского, прозвучавшая в сентябре, продемонстрировала беспомощность властей в новой для них ситуации, когда дело приходится иметь не с либеральной оппозицией, а со взращёнными самим же Кремлем «православными активистами».

Про ситуацию, сложившуюся вокруг фильма Матильда в последнее время, про расстановку сил и перспективы радикального православия «Политическая критика» поговорила с Епископом Петроградским и Гдовским Истинно-православной церкви, доктором философских наук Григорием Лурье. Разговаривал Илья Рывкин.

Кампания против показа фильма началась с еще в начале 2017 года. Почему власть отреагировала только сейчас?

Официально власть отреагировала гораздо раньше. Обуздать Наталью Поклонскую в Госдуме уже пытались. Сейчас же пошла неконтролируемая реакция разных ветвей власти. Власть забеспокоилась еще тогда, когда Поклонская начала делать резкие и несанкционированные заявления. Еще весной ее просили умерить свою активность. Но когда это не помогло, последовала растерянность. Никто ничего не предпринимал, так как было просто неясно, что делать. А когда ситуация вышла на новый уровень (речь идет не только об активности Поклонской, но и о том, что официально называют экстремизмом), началась истерика.

Таким образом, можно сказать, реакции официальных властей на данный момент нет. Никаких дел по экстремизму еще не открыто1, никого не назначили виновным. Как ситуация будет развиваться дальше — непонятно. А пока что у разных представителей власти (депутатов Госдумы, министра культуры Мединского) просто не выдержали нервы. Это не реакция власти, это их личная реакция. Они долго терпели, будучи брошенными своим начальством, и теперь просто срываются и что-то говорят. При этом спикер Государственной Думы Вячеслав Володин, как представитель власти, продолжает защищать Поклонскую. Он высказался довольно примирительно. Мол, мы своих не сдаем, а там посмотрим.

Протестующие против «Матильды» на 100-тысячном крестном ходе в честь Александра Невского. Фото: Олег Золото, https://www.spb.kp.ru

Протестующие против «Матильды» на 100-тысячном крестном ходе в честь Александра Невского. Фото: Олег Золото, https://www.spb.kp.ru

Почему Мединский выступил в поддержку фильма?

Потому что Мединский уже свою шкуру спасает. Он связан с режиссером. Он, как министр культуры, курирует такие проекты. И наезд на этот фильм — это наезд на него. Существует легенда, в каком-то смысле похожая на правду, что в Кремле на фильм был получен «чемодан нала». Это, возможно, связано с теми документами, которыми сейчас трясет Поклонская. Во всяком случае, Мединский берет под козырек. Теперь в эту схему, куда уже все встроились, вдруг вклинивается Поклонская. Конечно, она ударила по Мединскому.

Дальше он сидит тихо, проявляет некую аппаратную дисциплину и ждет, что его защитят. Что Володин как-то ее заткнет. Но ничего не получается, и он уже начинает плохо выглядеть перед подчиненными. Значит, надо как-то реагировать. Вот, в меру своего темперамента он высказался.

Какие силы участвуют в конфликте вокруг фильма?

Препарировать их можно по-разному. Я бы сказал, что главным образом в конфликте участвуют две силы, причем они обе никак не связаны с либеральной общественностью, которая выступает тут в роли зрителей, статистов и журналистов. Силы, которые действительно являются ньюсмейкерами, — это, с одной стороны, творцы официоза последних лет, идеологическая обслуга системы, к которой относятся создатели фильма, режиссер, министр Мединский с его Министерством. С другой стороны, это те, кого представляет Поклонская — прослойка людей, всерьез озабоченных православной идеологией. Но на исключительно религиозных убеждениях можно набрать только лидеров для массового движения. А действительно массовым движение стало потому, что обрело форму народного протеста.

Как замечают социологи, тот же сталинизм сейчас не является реставрационным, он является протестным. Это выражение недоверия к действующей власти. Стремление к чему-то другому. Другой формой такого протеста, вполне совместимого со сталинизмом, является православный монархизм. Монархизм с царебожничеством, если смотреть догматически.

Царебожничество — это форма почитания царя как царя-искупителя. Николай II — не просто святой, он именно искупитель России, аналогичный искупителю всего человечества — Христу. Он локальный. Но поскольку Россия удерживает антихриста, то он получается искупителем для всего мира. Вот такое вот богословие. И Поклонская ему следует.

Православные активисты города Владимира протестуют против проката «Матильды». Фото: https://zebra-tv.ru

Православные активисты города Владимира протестуют против проката «Матильды». Фото: https://zebra-tv.ru

Это массовое, во многом протестное движение, частично пересекающееся со сталинизмом. Оно стало массовым благодаря социальной безысходности для людей, которые хотят перемен. И они идут за религиозными фанатиками. Плюс к движению примыкают политиканы. Ведь это очень серьезная возможность размочить монополию Кремля на власть.

При чем речь идет даже не о власти московской патриархии и Кирилла-Гундяева. Это мелко. В повседневной церковной жизни эта власть особо и не замечается. Представители этого движения плевать хотели на Гундяева, ведь он ничего не может с ними поделать. Внутри московской патриархии они создают совершенно автономные монастыри с большим количеством скитов. Это целая сеть, существующая уже довольно давно. О них никто не знает, никакие епархии их не учитывают. Тем не менее, они существуют и регулярно контактируют с Гундяевым, считая его при этом, как правило, еретиком. И теперь они хотят сами определять политическую повестку.

Крестный ход против показа фильма «Матильда». Фото: http://www.rosbalt.ru

Крестный ход против показа фильма «Матильда». Фото: http://www.rosbalt.ru

Можно ли говорить о Кремле как о некоем субъекте, тогда как второй субъект — это официальное руководство РПЦ, а третий субъект — низовое движение? Квазикатакомбное, но внутри московской патриархии.

Мне кажется, что субъектов только два. Низовое движение, на гребне которого Поклонская — это несомненно субъект. Другой субъект — это идеологическая обслуга режима, представители которой не предполагали, что пока режим стоит, они могут остаться один на один с обидчиками. У них сейчас разрыв шаблонов. А Кремль и патриархия — они стоят, раскрыв рот, и ничего поделать не могут. Какие-то меры они иногда принимают, но в основном те, которые надо было принять позавчера. Они опаздывают. Не могут включиться как субъекты. Их разыгрывают, а не они играют. Они являются объектами. И, наверное, хотели бы стать субъектами, по крайней мере Кремль, но этого пока не получается.

Кремль мог бы включиться в качестве субъекта этой игры, если бы кого-то разогнал. Причем все равно кого. Можно фильм. Можно протестующих. Или и тех и других, что было бы для него идеально. Если бы я сидел в Кремле, то решил бы, что надо всех наказать примерно одинаково.

Что вы можете сказать о таких организациях как «Сорок сороков» или «Христианское государство»? Хоть это и разные явления. «Христианское государство» — это «виртуал», а «Сорок сороков» — приходские милиции при храмах.

Они не приходские. Они действуют, как считают нужным, сами по себе, и, конечно же, сознательно выбрали аббревиатуру «СС». При помощи церковной темы они хотят стать политической силой, что им отчасти уже удалось. Им надо как-то проявиться и отстоять свое право нарушать действующие нормы и законы. В том числе применять насилие.

Участники движения «Сорок сороков». Фото: http://vestnikburi.com

Участники движения «Сорок сороков». Фото: http://vestnikburi.com

Как возникшая ситуация повлияет на отношения между Кремлем и РПЦ?

Они ухудшатся. Уже сейчас ухудшились. Кремль очень идеализирует РПЦ. Власть считает, что РПЦ как-то может повлиять на ситуацию, тогда как на самом деле никаких эффективных инструментов влияния у Гундяева нет. Если он решит высказаться, то потеряет авторитет среди своей паствы еще больше. Ведь все равно его никто не послушается. Поэтому он стремится забиться в угол. А Кремль воспринимает это как нежелание помочь.

Какие церковные перспективы у этого движения? Стоит ли ждать его обособления от РПЦ? С другой стороны, какие его политические перспективы?

Что касается первого, то никакого обособления не будет. Несмотря на то, что РПЦ спит и видит, как бы этого добиться. Дело в том, что представители этого движения ставят РПЦ себе на службу, а не сами служат РПЦ. Поэтому разрывать свои отношения с московской патриархией им нет никакого резона. Они заявляют: «Да, мы от РПЦ».

РПЦ уже пытается принимать некие меры, чтобы снизить влияние этих нерелигиозных организаций (по закону они нерелигиозные). Сделать так, чтобы они не могли регистрироваться под франшизой православия. Но это вряд ли поможет: эти организации не особо-то и нуждаются в регистрации. Они становятся ньюсмейкерами, поэтому для общества православие — это они. По крайней мере РПЦ — это они. А то, что скажет Гундяев, будет восприниматься как слабое вранье и беспомощность в управлении. Можно сказать, что РПЦ паразитирует на обществе, а они стали паразитировать на РПЦ.

Тут можно провести аналогию. Они — как бандиты, работающие с мошенниками. Они берут с них дань, так как мошенники в какой-то степени менее защищены. Так делал Мишка «Япончик», собирая дань с советских миллионеров. Он понимал, что жаловаться им будет не на кого. Вот в таком же положении оказалось РПЦ. Ей не на кого пожаловаться, когда с помощью символического капитала дань берут с нее. Ведь если ты православный — милиция уже не тронет.

Касательно политических перспектив движения я бы сказал, что в ближайшее время перспектива у него самая радужная. Под идеологическое православие было собрано очень много активов, совершенно непропорциональных реальному весу подобной идеологии в нашем обществе. И это может привести к обвальному, катастрофическому процессу. При существующем ходе событий у них есть шансы обрушить все.

Последствия теракта в Екатеринбурге. Православный активист въехал машиной, начиненной газовыми баллонами, в кинотеатр, где демонстрировался фильм. Фото: Znak.com

Последствия теракта в Екатеринбурге. Православный активист въехал машиной, начиненной газовыми баллонами, в кинотеатр, где демонстрировался фильм. Фото: Znak.com

На данный момент нет никаких причин, по которым рост движения мог бы остановиться. Ведь если произойдет вмешательство правоохранительных органов (сейчас оно есть, но пассивное), то это приведет лишь к эскалации. На данный момент действенные меры, которые можно было бы принять, слишком далеки от того, на что можно получить санкции политического руководства. А когда такая санкция все-таки будет, то она может оказаться запоздалой. Обычные меры, на которые правоохранительные структуры имеют полномочия, ничего не изменят, а лишь подольют масло в огонь.

Представители этого движения часто упоминают Иран как пример для подражания, хотя используют его больше как метафору. Насколько они к такому вот воображаемому Ирану могут сдвинуть страну?

Думаю, что не могут. Потому что все попытки двигаться в этом направлении вызывают очень серьезное общественное противодействие. В результате они подталкивают общество не к Ирану, а к насилию. Ведь люди не будут просто смотреть на то, как отнимают монополию на насилие у государства. Как закрывают кинотеатры, отменяют показы. Очевидно, что за этим последует встречная волна насилия. Думаю, они сдвигают общество к некой гибридной гражданской войне, а не к чему-то стабильному. Хорошему или плохому.

Якщо ви помітили помилку, виділіть її і натисніть Ctrl+Enter.

Примітки   [ + ]

1. 20 сентября в рамках уголовного дела о поджоге автомобиля рядом с адвокатской конторой, защищающей интересы Алексея Учителя, были задержаны несколько человек, среди которых лидер организации «Христианское государство» Александр Калинин.